?

Log in

No account? Create an account

Entries by category: история

Всем привет из Рашкова - именно так я приветствовал друзей в телеграмм. Если честно, это место в которое я хотел попасть особенно. Рашков - место основанное Витовтом. Да, да, вы не ослышались. Почти все исторические города Приднестровья были основаны во времена Великого Княжества Литовского и это были южные границы княжества. Рашков особенно выделяется на фоне приднестровских городов. Тут есть польский костел, остатки синагоги и до сих пор живут польские семьи.





Костел Каэтана.
Самый старый католический костел в Молдове. Построен примерно в 1780-м году. Изначально строился как армянский, но в 1791 году храм освятил во имя Святого Каэтана Львовский армяно-католический архиепископ Якуб Валериан Туманович. В 1932 году костёл был закрыт в ходе антирелигиозной кампании советской власти. Временно вновь костёл действовал в 40-е гг., вплоть до 1948 г. Храм использовался местными властями как зернохранилище, затем как столярная мастерская. В 1990 году здание передали католической общине. И сейчас сюда на службы под звуки электрооргана собираются десятки прихожан, которые кстати говорят на странном суржике из украинских, польских и молдавских слов







Старая Синагога





Когда то она выглядела вот так



администрация по случаю пасхи навестила пенсионеров с подарками










Красивые и ухоженные домики



Бесконечные виноградники. Кстати тут делают отличный коньяк



на другом берегу Днестра старое еврейское кладбище. Мы попросили местных - пока пограничники бездельничали переправить нас на лодке





Покровская церковь, построена в 1740-м году





Источник "Панська крыныця" Жители Рашкова сохранили красивую легенду о дочери Молдавского господаря Василия Лупу Руксанде, выданной замуж за Тимофея Хмельницкого. После внезапной смерти своего мужа Руксанда поселилась в Рашкове, который был отдан ей во владение Богданом Хмельницким. Согласно легенде, она долгие годы прожила там, оплакивая мужа. От слез Руксанды образовался кристально чистый родник, который стали называть Панськой крыницей.










Червона скала - отсюда открывается просто невероятный вид





Вейксельмюнде

Сбежав до обеда из Гдыни я направился в Гданьск. Во первых тут похоронен мой прадед, ну а во вторых именно тут началась Вторая Мировая война. Еще пока я ехал в Гдыню, я узнал что Вестерплатте оказывается тут (вот позор мне как человеку увлекающему историей). Так что поняв что Гдыня ничем порадовать не может - я устремился в Гданьск. По пути к Вестерплатте (а это находится все таки немного в стороне от города) мой взгляд зацепился за здание издалека напоминавшее крепость. Так и оказалось. Если вы едете в Вестерплатте - обязательно нужно посетить Вейксельмюнде.



Вейксельмюнде или Вислоустье - крепость расположенная в устье Вислы. Дата основания 1492-й год. Согласно истории в 14-м веке в дни крестоноцев в том месте где Висла впадала в Балтику, была деревянная гауптвахта, которую сожгли в 1433-м году. На ее месте в 1482-м году была простроена кирпичная башня с фонарем (по сути маяк). Вокруг же построили крепость которая защищала башню и вход в Гданьский залив. В 1577-м году крепость безуспешно осаждал Стефан Баторий, затем нападали пруссы, русские, шведы, Наполеон, снова прусская армия. Все эти годы крепость была базой польского флота. Больше всего крепость пострадала как не странно в 1945-м. Красная Армия войдя в Гданьск зачем то решила взорвать крепость. С тех пор ее восстанавливают, но нет крыши и многих других элементов. С 2009-го года польское правительство активно реставрирует эту крепость.



Еще одной любопытной деталью является то, что башня - место зимовки летучих мышей. Причем есть виды который давно занесены в красную книгу.



Можно уйти в подземелье (на деле там кафе)



Пушка



Вид с башни





Удивительная архитектура Гданьска прослеживается и тут



Внутренний двор



На башне смотровая площадка - но долго на ней находиться нереально - ветер с моря дует очень серьезный






Внутри есть кафе



Не смотря на то что были будни и достаточно холодно - посетителей много



Ну а по соседству находится морской клуб Польши



в котором живет милый крепостной котик

Оригинал взят у ru_cath в Владимир. Костел Святого Розария Пресвятой Девы Марии


Католическая община была основана во Владимире в 1891 году, в то время, когда присутствие католиков в российской провинции начало увеличиваться, во многом благодаря усилению свободы вероисповедания и проявлению большей терпимости в тогдашнем русском обществе.
12 февраля 1891-го года в Губернскую Строительную Комиссию была передана просьба о приобретении участка земли под строительство часовни, которую должны были освятить по католическому обряду. Комиссия передала эту просьбу губернатору, и он дал утвердительный ответ, уполномочив саму комиссию приступить к действию 19 июня 1891 г. Комиссия приняла соответствующее постановление 28 июня, решив продать участок земли недалеко от «Золотых Ворот».
Строительство часовни было начато в 1892 г. и завершено в первые месяцы 1894 г.
Католическая церковь была выстроена неподалеку от Золотых ворот, в Куткином переулке, на правой его стороне. Здание псевдоготического стиля из красного кирпича было построено на средства ссыльных военных польско-литовского войска и жителей города католического вероисповедания по проекту губернских архитекторов А.П.Афанасьева и И.О. Карабутова.



Из ежегодника Могилевской митрополии 1898 г., в юрисдикции которой находились все католики, проживающие на всей территории Российской Империи, мы узнаем о том, что часовня была освящена в 1894 г. как филиал Нижегородского прихода и была освящена во имя Божией Матери — Царицы святого розария. В том же самом ежегоднике говорится об архиепископе Симоне Мартине Козловском, как о занимающем должность митрополита, и об отце Иосифе Пизанко, как о капеллане Владимирской часовни. В то время, по сведениям ежегодника, часовня служила домом молитвы для 1353 верующих.
Спустя всего десять лет со дня освящения часовня была возведена в ранг приходской. К счастью, губернский архив сохранил целиком дело, касающееся этого события, которое было открыто 13 декабря 1903 г. и закрыто 4 марта 1904 г. С просьбой об этом обратился капеллан, отец Тадеуш Ронкайтис, вместе с верующими. Первыми поставившими свои подписи были — статский советник Эразм Петрович Кржанович, советник окружного трибунала Ярослав Иосифович Вилькевич, и губернский бухгалтер Филипп Антонович Паули — католики, занимавшие самые высокие посты в городе. Официально эта просьба была представлена 16 декабря 1903 г. с приложением списка католиков, проживавших во Владимире и окрестностях в 1902 г. Речь шла о 1129 верующих, из которых мужчин было 723 человека, а женщин — 426.
12 января 1904 г. местный православный епископ Сергий направил губернатору собственноручно написанное письмо, в котором заявил, что «…с моей стороны нет никаких возражений относительно учреждения… автономного Римско-католического прихода во Владимире для всей губернии».
Получив одобрение со стороны православного владыки, губернатор написал в курию могилевского архиепископа, с тем, чтобы узнать, не имеется ли также со стороны католической митрополии возражений по поводу просьбы местной общины. 29 января 1904 г. курия дала ответ за подписью архиепископского викария прелата Денисовича, в котором содержалась поддержка просьбы владимирских католиков. Ввиду отсутствия каких-либо возражений 11 февраля 1904 г. приход был официально учрежден губернатором. Это решение было утверждено 26 февраля Департаментом духовных дел иностранных исповеданий МВД и подписано вице-министром.





С приходом советской власти приход во Владимире не избежала участь остальных католических церквей бывшей империи. До 1926-го года администратором прихода был о. Антоний Дземешкевич, который одновременно являлся настоятелем в Нижнем Новгороде. Именно он и был последним католическим священником во Владимире. В 1930-м году Дземешкевич был сослан на Соловки, а 3-го ноября 1937-го расстрелян.
Дальнейшая судьба прихода похожа на судьбу остальных приходов Советского Союза. 25-го декабря 1930-го года на заседании Советского районного правления было принято о решении ликвидировать римско-католическую церковь во Владимире. Здание же сначала приспособили для инвентарной службы горсовета, а в 1939-м под радиоретранслятор. Дом священника был отведен под жилище, и там проживало на протяжении долгих лет одновременно от 8 до 12 семей. Среди этих семей были и семьи бывших прихожан храма, которые пытались сохранить историческую память общины. Еще в 1987 г. там проживала жена органиста, которая хранила у себя некоторые вещи, принадлежавшие приходу, среди которых было несколько снимков храма, относившихся к тому периоду, когда он еще действовал.
В конце 1970-х был воплощен проект использования всего ансамбля в целом — и дома священника, и храма — в качестве выставочного зала. Это предложение исходило от городского музея. 10 февраля 1978 г. инженером И. В. Арзамасцевым был составлен технический паспорт на оба здания — для отчета инспектората по сохранности памятников истории и культуры Министерства Культуры Советского Союза (№ 17004201/02). Что касается храма, документ отмечает в исторической сноске имя архитектора И. Карабутова, спроектировавшего в 1891 г. храм, и дает следующую оценку строению — «памятник в стиле псевдоготики, что характерно для конца XIX в. и являет собой образец сооружения католического культа, редкого для Владимирской области». Прилагалось несколько копий оригинала проекта, фотографии храма «внутри и снаружи» в период до его закрытия и на момент составления документа.
Техпаспорт дома священника присвоил официальное имя этому строению, спроектированному тем же Карабутовым, — «дом священника», и оно было объединено вместе с храмом в «уникальный архитектурный ансамбль». При его оценке повторяется в точности такое же определение, какое уже было дано храму. Прилагаются копии оригинальных проектов и 10 фотографий дома того времени, когда составлялся документ.
В 1980-е годы городской музей приступил к осуществлению проекта, начав с дома, откуда были выселены жильцы, которым предоставили коммунальные квартиры на окраине. По завершении общей реставрации, в 1986 г., городским музеем в «доме священника» был открыт выставочный зал, получивший название «Музей одной картины».
В 1988 г. музей обязал реставрационное бюро начать восстановительные работы также и в храме, где предполагалось открыть концертный зал органной музыки, но эти работы, были заморожены из-за нехватки фондов.
Перестройка послужила толчком для возрождения общины. После получения регистрации в Горсовете верующие обратились с просьбой о возвращении храма. Реставрационное бюро, заинтересованное в продолжение прерванных работ, охотно их поддержало. Значительное влияние оказало вмешательство немецкого католика из г. Эрлангена, побратима Владимира, который находился в тот момент в городе на Клязьме для координации распределения гуманитарной помощи. Несколько священников из Эрлангена, которые прибыли в то время во Владимир, также оказали поддержку в этом деле местным католикам. 1 марта 1992 г. Горсоветом было официально принято решение о возвращении храма католикам. В те же дни верующие из Владимира встретились с архиепископом Кондрусевичем в Москве, что позволило приходу вновь влиться в число общин Апостольской администраторы вместе с другими тридцатью, которые были вновь открыты в том же году.
Архиепископ был с визитом во Владимире в апреле 1992 г. в сопровождении священника Стефана Каприо, который с 1989 г. был капелланом для итальянцев в Москве, и которому было вверено попечение о приходе с момента его открытия. Был подписан новый контракт с реставрационным бюро о реконструкции церкви. В последующие месяцы прихожане вместе с настоятелем установили контакт с директором Городского музея, Алисой Ивановной Аксеновой, с целью проведения переговоров также о возвращении «дома священника». Работы по реставрации храма продвигались очень быстро, к июню 1993 г. они были уже завершены.











В 2009-м году были завершены ремонтные работы, в ходе которых обновили алтарную часть храма
2009г. — после ремонтных работ была обновлена алтарная часть храма, где был помещен Крест, заказанный настоятелем православному священнику Андрею Давыдову, который написал его в технике энкаустика и выкупленный на пожертвования священников из Миланской епархии. А 10 октября 2009г. – произошло освещение престола церкви и абсиды Владыкой Павлом Пецци. В престол им были возложены мощи св. Антония Великого, св. мученицы Варвары, св.Феликса Канталиского, св.Андрея Боболи и бл.Марии-Ангели Трушковской — основательницы сестёр-фелицианок, служащих ныне во владимирском Приходе.

Официальный сайт
http://hram-vladimir.ru




Оригинал взят у ru_cath в Каинск - Католический Костел Святых Апостолов Петра и Павла
В 19-м веке Каинск был местом политической ссылки и этапным пунктом ссыльных, направлявшихся по Московскому тракту в Восточную Сибирь. Через город прошли пугачёвцы, декабристы, петрашевцы, народовольцы и польские повстанцы. С поляками пришел в город и католицизм.
В 1906-м году католики города под руководством Антона Сулея построили костел. Своего ксендза в городе не было, поэтому приезжал священник из Венгерово.

_0001

phoca_thumb_l_7C0300DE959E-9

_0004

1936_

В 1908-м году костел был освящен Демикисом Таиским и костел получил имя Петра и Павла. Спустя два года у прихода появился свой пастырь. Удивительно, но революция не коснулась жизни прихода и взялись за него только в 32-м году. Здание передали горсовету, но спустя год в нем снова начались службы. Церпенто продолжал проводить службы, пока в 37-м году НКВД не закрыло церковь окончательно, а священника расстреляли.
Здание было передано спортивному обществу Спартак.

_._30_.

_1

_._2006_.

Во время войны в костеле разместили военный склад, а сразу после смерти Сталина снесли колокольню, а само здание отдали швейной фабрике, которая находится там и по сей день.

IMG_0924

IMG_0978

В 1999-м году при поддержке немецких меценатов был построен новый костел в котором сегодня проходят службы.

Kirchbau

kostelss

IMG_1266


Как и обещал - пора бы рассказать о самой главной изюминке форта, ТМ-III-12.

IMG_6283

Сразу по окончании гражданской войны в СССР были достаточно серьезные проблемы с флотом. И поэтому особое внимание было уделено береговым линиям, в том числе и орудиям которые можно было бы установить на железнодорожные платформы.
В 1932-м году появился транспортер ТМ-1-14 на котором использовались 356 мм орудия с распиленного в 31-м году крейсера Измаил. Первая же установка ТМ-3-12 была построена к 1938-му году.
305-мм орудия с длиной ствола 52 калибра для установок ТМ-3-12 были найдены буквально на дне морском — в 1931 году вместе с башенными установками их сняли с линкора «Императрица Мария», затонувшего 6 октября 1916 года при невыясненных до конца обстоятельствах под Севастополем. После замены внутренней трубы часть из них использовали при создании береговых батарей Севастополя, на базе остальных было решено создать железнодорожные артиллерийские установки для Балтийского флота.

imp_mariya_04

Проект установки поручили разработать ЦКБС-3, получившему новое название ЦКБ-19. После рассмотрения нескольких промежуточных вариантов окончательный вариант проекта железнодорожной артиллерийской установки утвердили в мае 1936 года. В соответствии с принятой системой нумерации ей присвоили обозначение ТМ-3-12 (транспортер морской, тип 3, калибр 12 дюймов). В качестве головного предприятия по изготовлению серии установок ТМ-3-12 был назначен Николаевский государственный завод. В июле 1938 года завод предъявил на испытания первую установку, в декабре того же года была готова вторая установка, а сборку третьей завершили 1 января 1939 года. Полигонные испытания установок проводились в ускоренном режиме, а вместо войсковых испытаний были реальные боевые действия — 30 января 1939 года СССР объявил войну Финляндии, и сформированная из трех установок ТМ-3—12 батарея № 9 убыла на фронт. Батарея была задействована в подавлении долговременных огневых точек на линии Маннергейма, причем стрельба велась с колес с круговой железнодорожной ветки Сестрорецк — Белоостров.

75614e01b842

1272221728_8-121

По своей конструкции ТМ-3-12 представляла собой дальнейшее развитие разработанных ЦКБС-3 ранее железнодорожных артиллерийских установок ТМ-1—14 и ТМ-2-12. В качестве прототипа решили использовать транспортер ТМ-2-12, однако предназначенное для ТМ-3-12 12-дюймовое орудие имело гораздо большую длину (52 калибра вместо 40 калибров орудия ТМ-2-12), для обеспечения заданного наибольшего угла возвышения 50° в конструкцию нового транспортера пришлось включить механизм подъема станка орудия в боевое положение, при этом учтя достаточно негативный опыт использования электромеханического привода подъема станка установки ТМ-1-14, конструктора использовали гидравлический привод. Кроме повышения надежности механизма подъема станка это позволило сократить время, необходимое для выполнения этой операции, с 15,4 до 8,5 минут. Заново была разработана и схема подачи к орудию снарядов и полузарядов. Прежде всего, в вагон-погреб ввели снарядную тележку, которая каталась в проходе между стеллажами по рельсам. Нагруженная снарядом тележка выкатывалась на переднюю площадку вагона-погреба.
Полузаряды на переднюю площадку вагона подавались по рольгангам и загружались в кокор вручную. Подъем кокора кранами был не совсем удобен в смысле затрат времени и маскировки. Поэтому в транспортере ТМ-3-12 увеличили длину зарядной тележки и снабдили ее лебедкой для подъема кокора, которая и заменила подъемные краны. Однако их все-таки оставили, так как с их помощью устанавливались опорные ноги. Зарядная платформа имела еще одну лебедку и тележку для горизонтального перемещения кокора. При его обратном движении боеприпасы выталкивались из желоба зарядного стола и занимали положение, необходимое для их досылки. Досылка производилась броском зарядного стола.

Непосредственно перед началом Великой Отечественной войны 9-я батарея, на вооружении которой находились установки ТМ-3-12, была передислоцирована на полуостров Ханко. В ее задачу входило предотвращение перехода вражеских кораблей в Финский залив. Поскольку с началом боевых действий германский флот так и не предпринял никаких попыток прорваться в Финский залив, батарея применялась в основном для борьбы с финской артиллерией, размещенной на островах Хорсен, Кугхольм и других.

В декабре 1941 года было принято решение об эвакуации гарнизона Ханко. Так как железнодорожное сообщение с Ленинградом блокировали финские войска, эвакуация проводилась морем. Это делало невозможным спасение артиллерийских установок, и их решили уничтожить. Казенные части стволов взорвали, противооткатные устройства привели в негодность, а многоосные тележки ходовой части затопили.
Как это ни удивительно, финнам удалось восстановить установки. Они отремонтировали поврежденные механизмы орудий и подняли из воды тележки. Наибольшую сложность представляла собой замена орудий, но тут помог случай.
В ходе гражданской войны линкор "Александр III" (к этому моменту уже успевший побывать и Волей и Генералом Алексеевым) несколько раз менял свою принадлежность к различным сторонам конфликта, в результате чего в 1919-м году под Андреевским флагами стал главной морской единицей Белой Армии. В 1920-м году вместе с остатками белого флота прибыл в африканский порт Бизерта (принадлежавший Франции), где и остался. Формально конечно корабль был передан в итоге Советскому Союзу, но комиссия отправленная в Бизерту в 1936-м году констатировала - что судно заржавело настолько - что возвращать то и нечего. В результате чего его попросту попилили.

11

С началом Второй Мировой Войны часть орудий с линкора (а их СССР попросту решило подарить Финляндии, правда не совсем понятно за какие заслуги) оказалось у финнов, а часть так и не успели вывезти из Африки и немцы использовали их для оборудования батареи Мирус Атлантического вала. И что еще любопытнее - эти орудия можно увидеть в американском фильме "Пушки острова Навароне". Орудия были идентичными тем, что были на ТМ-3-12, поэтому их то финны и использовали для восстановления установок.
Незадолго до капитуляции Финляндии установки были вывезены с Ханко и укрыты в шхерах. Финны до последнего момента не хотели возвращать установки Советскому Союзу, заявляя, что ничего о них не знают. Возвращение установок стало возможным лишь после того, как один из участников обороны Ханко, хорошо знавший шхеры, углядел их с катера. В начале 1945 года установки ТМ-3-12 поступили на вооружение вновь сформированной 294-й батареи железнодорожной артиллерии, которая находилась на боевом дежурстве вплоть до начала 50-х годов.
В 1961 г. транспортеры были поставлены на консервацию, а в 1975 г. данный транспортер стал частью экспозиции музея Береговой артиллерии — филиала Центрального военно-морского музея. В 1999 г. с форта ушли военные, и техника стала объектом мародерства. В частности, с транспортера ТМ-III-12 был срезан орудийный замок. В 2007 г. энтузиасты форта предотвратили попытку похищения установки в частный музей в Московской области.

В настоящий момент на Красной Горке остался только один транспортер. Два других находятся в Музее на Поклонной Горе и Железнодорожном музее Санкт-Петербурга.

IMG_6286

IMG_6299

IMG_6301

IMG_9521

IMG_9524

IMG_9525

IMG_9527

Любопытен еще один момент - это по своей сути был небольшой передвижной город.
Из 3 артиллерийских установок был сформирован 9-й отдельный артиллерийский дивизион, который состоял из 5 эшелонов, 3 из которых были боевые, в состав которых входили сами артиллерийские транспортеры ТМ-3-12, один эшелон со средствами ПВО и один — подвижная база.

Составы эшелонов были следующие:

Боевой эшелон (а их было три):

Две контрольные платформы
Паровоз Э
Артиллерийский транспортер ТМ-3-12
бронированный вагон — снарядный погреб
бронированный вагон — зарядный погреб
вагон — силовая станция
вагон с запасными частями и принадлежностями
вагон центрального поста управления стрельбой
платформа для возимого имущества
мягкий штабной вагон
Два вагона личного состава
прожекторная платформа
платформа для трактора с прицепом
платформа для кабеля ПУАО
вагон — склад
вагон — кухня

Четвертый эшелон — подвижная база

Паровоз Щ или Э
Вагон — автомастерская
Вагон — клуб
автотранспортная платформа
бронированный вагон — снарядный погреб
бронированный вагон — зарядный погреб
бронированный вагон — снарядный погреб
бронированный вагон — зарядный погреб
Два вагона для склада
вагон — амбулатория
вагон для личного состава
вагон продовольственный склад
вагон — кухня
цистерна для воды
цистерна для нефти
вагон — силовая станция
прожекторная платформа
автотранспортная платформа
вагон — баня

В ходе боевых действий приходилось сворачивать все это за считаные минуты и в ходе Второй Мировой (правда с установками другого типа) - вместо расчетных 45 минут - весь расчет успевал сменить дислокацию за 3-4 минуты - правда не убирались опоры самой установки.

Продолжение следует...
В начале 80-х годов XIX в. офицеры и нижние чины 76-го Кубанского пехотного полка польского происхождения «своим старанием и своими средствами» возвели в Майкопе сруб Римско-католического костела. Но «волею судеб полк внезапно переведен в другое место, сруб костела был продан за 700 рублей, деньги эти были пожертвованы на другой костел и, таким образом, Майкоп остался без костела, так как местных католиков было немного и они не могли на свои средства осилить постройку».
Оказавшись в Майкопе в силу различных причин и интегрировавшись в его население, поляки сохраняли этническую самобытность, приверженность к национальным традициям. Этнически объединяющим фактором выступало католическое вероисповедание. Католиками в Майкопе по материалам переписи 1897 г. были 164 мужчины и 70 женщин (кстати любопытный факт, среди католиков грамотными были 85 мужчин и 30 женщин, в то время как среди православных - только один мужчина).
«Католичество исповедуют поляки и отчасти немцы», – отмечал в статистико-географическом описании г. Майкопа С.В. Фарфоровский. Поэтому понятно стремление польской общины города обзавестись храмом. В 1890 г. поляки через своих выборных – отставных унтер-офицеров Франца Ивановича Санделя и Станислава Теофиловича Ольшевского обратились в городскую управу с просьбой отвести под римско-католический костел бесплатный участок земли. Своим постановлением от 26 марта 1890 г. Городская управа отвела под постройку костела участок земли «на Георгиевской улице рядом с поместьем полковника Сердюкова в размере с востока 29, запада и юга – по 26 и с севера 32 погонных сажени». Однако возвести свой храм майкопским полякам тогда так и не удалось.
После провозглашения императором Николаем II свободы совести и вероисповедания в Указе 17 апреля и Манифесте 17 октября 1905 г. для возведения костела в Майкопе наступило благоприятное время. Город посетил ксендз Иоанн Ротт, который собрал пожертвования на возведение костела в сумме 104 рубля 8 копеек. Но этих средств было явно недостаточно.
С проведением железной дороги от Армавира до Майкопа и Туапсе в 1910–1914 г. католическое население города заметно увеличилось. Инициатором возведения храма на этот раз явился агент кампании по постройке Армавиро-Туапсинской железной дороги Антон Адамович Цытриан. Он сумел сплотить вокруг себя добровольных помощников из числа местных католиков. Католики избрали А.А. Цытриана своим председателем.



На первом собрании католиков, которое состоялось 18/31 марта 1912 г., решено было ходатайствовать перед Майкопской городской управой об отводе бесплатного участка земли и о разрешении постройки костела или молитвенного дома. Вопрос решался непросто. «В управе на этот счет имеется целое дело, – писал в апреле 1912 г. корреспондент газеты «Кубанский край». – Оказывается, что в 90 году католикам было отведено место, но им не удалось получить разрешения на постройку. Затем истек срок, обусловленный городом. Представитель группы католиков дает по этому поводу свои разъяснения. Он говорит, что сейчас у них нет разрешения строить костел. Как только дума отведет участок, они снова возбудят ходатайство о разрешении. Пока они предполагают построить молитвенный дом, когда же получат разрешение, начнут строить костел. Вопрос об отводе места ставится на баллотировку и дума с большинством 27 против 4 решает место отвести.
Место отводят на Бульварной улице. Но вот поднимается депутат от духовенства и заявляет, что по его мнению отводить место под молитвенный дом не следует. Костел – это другое дело. Если же отвести католикам, то и штундисты и прочие сектанты тоже потребуют себе участки под молитвенные дома. Батюшку поддержал Щербаков, Щербакова – Демиденко, Демиденку – Толмачев, и завертелось колесо.
Все в одну душу твердят, чтобы строили католики костел, а молитвенный дом не надо. Костел, дескать, украсит город, а что такое – молитвенный дом? Просто дом. Он даже обезобразит город. Если разрешить им строить дом, так они костел и вовсе не построят.
– Господи прости, да вам то что? В католичество что ли хотите переходить! – сокрушенно восклицает какой-то старичок в публике.
Два часа тянутся прения, если только вообще можно назвать прением тот общий гвалт, который стоял в думе. Наконец, председатель ставит вопрос на баллотировку:
– Угодно ли думе разрешить католикам построить на отведенной земле молитвенный дом с тем, что если через 7 лет они не выстроят костел, то земля переходит обратно к городу, а дом должен быть снесен.
Дом снести повелели 18 гласных.
Ставится на баллотировку обратный вопрос.
Дом оставить велели 16 гласных.
Секретарь докладывает, что из баллотировки ничего не получилось, так как нет законных 2/3 гласных. Вопрос передается в согласительную комиссию.
В заключение гласный Авшаров вносит запрос: каким образом земля, которая в 90 году принадлежала городу, теперь очутилась в частном владении Байстрюченко?».
Поляком крепко помогло сочувственное отношение к их ходатайству городского головы К.М. Козо-Полянского и членов управы Тарасова, Петрожицкого, секретаря Колычева и архитектора Сарухамова. Своими постановлениями 20 и 25 апреля 1912 г., утвержденными начальником Кубанской области, городская дума отвела бесплатно под постройку костела «в самой лучшей части города участок земли на углу Кубанской и Бульварной улиц 40 пог. саж. и по Бульварной 7 пог. саж., или всего 680 квадр. саж.».
К сентябрю 1912 г. возвели ограду, построили домик для сторожа, сарай и навес, провели водопровод к будущему храму. Затем приступили к заготовке материала для здания костела. 4 ноября будущие прихожане приняли участие в древонасаждении вокруг всего костельного участка.
«Так как для постройки костела потребовалось иметь разрешение светских и духовных властей, – писал корреспондент местной газеты, – что сопряжено с немалыми хлопотами, то решено было составить план молитвенного дома, который во всякое время можно бы свободно переделать в костел. В составлении плана приняли участие Ан. Ад. Цытриан, Сигизмунд Иванович Комаржевский, Валентин Леонардович Войцеховский, В.А. Скочилас, инженер путей сообщения Дроздовский и архитектор Е.Н. Станлевич».
План был утвержден областным правлением тотчас же после его представления. Однако разрешение на возведение костела майкопские католики получили лишь в марте 1914 г. «В настоящее время, – сообщал корреспондент, – постройка костела закончена, на величавой башне сияет тяжелый черный крест и 13 июня 1914 года в день святого Антония Падлевского состоится освящение костела, совершено будет в нем первое богослужение и первый престольный праздник, город Майкоп украсится еще одной святыней, жаждущие веры и правды Христовой найдут свободный простор для своих душ, а инициатору и строителю костела Антону Адамовичу Цытриану будет навсегда честь и слава!». 8 июня к майкопчанам через газету обратился председатель католической общины, инициатор и строитель костела А.А. Цытриан: «13-го июня 1914 года в 11 часов утра в день святого Антония Падлевского ксендзом Иоанном Ротт совершено будет освящение вновь выстроенного в городе Майкопе Римско-католического костела и состоится в нем первое богослужение и первый Престольный праздник, на который приглашаются католики и лица, сочувствующие этому торжеству».
Наконец наступил долгожданный день. В 10.30 утра 13 июня 1914 г. на костельном дворе появились крест, 6 хоругвей и иконы. Ксендзом Иоанном Роттом в сослужении ксендза Николая Фиттерера была освящена вода и хоругви. Процессия, возглавляемая священником, с пением обойдя вокруг костела, остановилась у главных дверей и после долгого моления, вошла в костел. «Освятив его и временно устроенный престол, – рассказывал очевидец, – ксендз Фитерер служил мессу. А ксендз Рот говорил исповедь. На хорах играл довольно хорошо наскоро собранный небольшой оркестр при фисгармонии, под руководством органиста Станислава Адамолвича Кенига. Костел был битком набит народом. Проповедь и все богослужение произвели на всех самое лучшее впечатление. Костел красиво декорирован венками, зеленью и гирляндами».



По окончании богослужения в летнем помещении клуба общественного собрания был устроен торжественный обед, на котором присутствовало до 60 человек. Среди них – ксендзы Ротт и Фиттерер, атаман Майкопского отдела полковник Лагутин, его помощник есаул Кучеров, городской голова Д.И. Рудаков, податный инспектор А.А. Авшаров и другие представители городской администрации и общественности. «За обедом подняты были тосты за Государя Императора, за римского папу Пия Х, за католического епископа Иосифа Келлера, за присутствующих ксендзов Ротт и Фиттерер, за инициатора постройки костела А.А. Цытриана, за начальника области генерал-лейтенанта М.П. Бабыча, за атамана отдела Лагунова и т.д. и т.д.», – писал впечатлительный корреспондент газеты «Майкопское эхо». Произнесены были речи, которые, по свидетельству корреспондента другой газеты, «сводились к этой радости Майкопской польской колонии по случаю освящения долгожданного костела». С.С. Кукель-Крайовский от имени католической общины сердечно поблагодарил все население г. Майкопа за оказанное горячее сочувствие в деле возрождения костела М.С. Шипоновский выразил признательность поляков А.А. Цытриану. И.А. Дземянович произнес речь о католицизме на чужбине и о необходимости костела в Майкопе. «Вся трапеза имела поистине редкий сердечный и братский характер, – писал очевидец, – и закончилась снятием общей фотографической карточки со всех присутствующих».
Костел явился для польских прихожан не только храмом, но и местом выражения гражданских чувств. 14 июня 1914 г. в газете «Майкопское эхо» А.А. Цытриан сообщал: «К сведению местных католиков. 14 июня во вновь выстроенном Римско-католическом костеле будет совершено молебствие в 9 и 11 часов утра. В тот же день в 6 часов вечера будет совершено торжественное траурное моление за упокой души защитников земли русской».

Такой оказалась непродолжительная история католического костела в Майкопе. С приходом советской власти здание было серьезно перестроено и сегодня проходя мимо спортзала на улице Пушкина мало кому в голову может прийти, что это когда то был католический костел.







При подготовке материала использованы:
Статья О. Матвеева "Поляки города Майкоп"
Фотографии с сайта http://www.on-walking.com/world/maykop-2

Отдельная благодарность твиттеру https://twitter.com/MaykopAdygeja



Profile

ap_racing
Путевые заметки желтого дьявола

Latest Month

August 2017
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

Syndicate

RSS Atom
Powered by LiveJournal.com
Designed by Tiffany Chow